В последнее время в обществе не утихает дискуссия о новых изменениях, внесенных в закон «О психиатрической помощи». Так, например, лицу, совершившему административное правонарушение, могут оказать принудительную психиатрическую помощь и уже согласно новой статье, если задержка оказания психиатрической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, создает угрозу его жизни и здоровью либо жизни и здоровью других лиц, решение о проведении психиатрического освидетельствования без согласия самого лица или его законного представителя может быть принято прокурором, ведущим производство по делу об административном правонарушении, либо уполномоченным должностным лицом соответствующего органа (структуры), определенного органом исполнительной власти.

 Насколько данное изменение в законе реально внедрить в наше общество? И не является ли оно прямым нарушением прав человека?

Корреспондент “Voicepress.az” решила разобраться в данном вопросе, обсудив его с членом Коллегии адвокатов АР, членом Дисциплинарной комиссии Гусейновой Эсмирой и главой Правозащитного Центра “Азербайджан” Эльдаром Зейналовым.

По словам Эсмиры Г. принятые изменения в закон «О психиатрической помощи» (касающиеся применения недобровольного освидетельствования в рамках дел об административных правонарушениях) вызывают серьезные дискуссии как среди юристов и правозащитников, так и среди медицинских специалистов.

«Вопросы, поставленные передо мной, действительно очень серьезные, поэтому я бы хотела предложить детальный анализ этих поправок с точки зрения практики их исполнения и соответствия стандартам прав человека.

Что качается реальности исполнения на практике, то могу отметить, что как с технической, так и организационной точек зрения реализация этих норм сталкивается с рядом серьезных препятствий:

Разграничение компетенций (врач vs. чиновник): Закон наделяет прокурора или должностное лицо административного органа правом принимать решение о психиатрическом освидетельствовании без согласия лица. В реальной жизни ни прокурор, ни полицейский не обладают медицинской квалификацией, чтобы корректно оценить наличие психического расстройства. На практике это приводит либо к формальному вызову психиатрической бригады «на всякий случай», либо к злоупотреблению полномочиями.

Нагрузка на медицинскую систему: Проведение принудительного освидетельствования и обеспечение изолированного содержания лиц, в отношении которых ведутся административные дела, требует создания отдельного режима, специальных палат, дополнительной охраны и штата врачей. Без соответствующей инфраструктуры норма рискует либо остаться на бумаге, либо исполняться с нарушением санитарных и медицинских норм.

Оперативность против процедурных норм: Повод для применения нормы — «непосредственная угроза жизни и здоровью». В экстренной ситуации процедура передачи материалов прокурору, вынесения им решения и вызова психиатра может занять слишком много времени, что нивелирует саму суть экстренной помощи.

Теперь, коснемся вопроса является ли это нарушением прав человека?

С точки зрения международного права и конституционных гарантий данный механизм находится в зоне повышенного риска с точки зрения соблюдения прав и свобод гражданина.

Основными правовыми рисками я бы выделила:

Право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 5 ЕКПЧ):

В соответствии со стандартами Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) и Принципами ООН по защите лиц с психическими заболеваниями, недобровольное освидетельствование или госпитализация допустимы только при наличии объективных медицинских показаний, установленных независимым врачом-психиатром, и подлежат строгому и незамедлительному судебному контролю.

Передача права назначать принудительное освидетельствование органу обвинения (прокурору) или органу исполнительной власти в рамках административного процесса нарушает принцип разделения функций и снижает уровень защиты гражданина.

Риск использования психиатрии в немедицинских целях:

Административные правонарушения включают широкую категорию проступков — от нарушений ПДД и мелкого хулиганства до участия в несанкционированных собраниях или публичных спорах.

Отсутствие четких медицинских критериев прямо в законе создает возможность для давления на граждан, активистов или оппонентов под видом «проверки их психического здоровья».

Отсутствие предварительного судебного фильтра:

Если принудительное освидетельствование назначается решением прокурора до вынесения судебного вердикта, гражданин фактически лишается права на судебную защиту на первоначальном (и самом уязвимом) этапе вмешательства в его личную жизнь и неприкосновенность.

Суммируя все вышесказанное смело делаем вывод, что в текущей формулировке закон содержит высокий риск злоупотреблений и потенциальных нарушений прав человека.

Чтобы такая норма соответствовала международным правовым стандартам, она должна соблюдать три ключевых условия:

– Инициатива и ключевое решение должны исходить исключительно от профессионального врача-психиатра, а не от следственных или административных органов.

– Процедура обязана включать незамедлительный судебный контроль (в течение 24–48 часов).

– Гражданину должен быть гарантирован доступ к независимой юридической помощи и право на обжалование с момента принятия решения об освидетельствовании»- рассказала Эсмира Гусейнова.

В свою очередь глава Правозащитного Центра «Азербайджан», правозащитник Эльдар Зейналов считает, что данная поправка в закон, наоборот, поможет защитить конституционное право человека на охрану здоровья.

«Из дополнения, внесенного 13 июля 2026 в закон «О психиатрической помощи» (статья 19-2.1), видно, что оно закрывает определенный пробел в законодательстве об административных правонарушениях.

В статье 20 Кодекса Азербайджанской Республики об административных проступках (КАП АР) говорится, что «не подлежит административной ответственности лицо, которое во время совершения противоправного действия (бездействия) находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло отдавать себе отчет о фактическом характере и общественной опасности своих действий или руководить ими вследствие хронического психического заболевания, временного расстройства психики, слабоумия или иного болезненного состояния». Такая экспертиза назначается, например, при обоснованном сомнении в психической полноценности лица в момент совершения правонарушения.

В этом случае, уполномоченный орган (полиция, инспекция, суд) назначает судебно-психиатрическую экспертизу. И если эксперт подтверждает невменяемость, то выносится постановление о прекращении производства по делу, и административное наказание не назначается. Но, в отличие от уголовного процесса, где суд в случае невменяемости обвиняемого может напрямую вынести решение о «принудительных мерах медицинского характера», в административном процессе дело просто прекращается, и вопрос об оказании реально больному человеку медицинской помощи повисает в воздухе.

Возьмем другой случай: экспертиза показала, что человек с психиатрическими проблемами на момент совершения им правонарушения был вменяем. В таком случае, он подлежит административному наказанию. Оно в настоящее время может включать и до 3 месяцев ареста. Причем психиатрические проблемы не включены в число исключений (ст. 30.2 КАП АР). И человек, который представляет угрозу жизни и здоровью своим и других лиц, будет на законном основании помещен в камеру с другими людьми, либо заперт в камере-одиночке. Ведь судебно-медицинская экспертиза в данном случае устанавливает лишь вопрос вменяемости, а не госпитализации человека.

Новая статья 19.2-1 Закона «О психиатрической помощи» предусматривает как раз этот случай: «Если задержка в оказании психиатрической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, представляет угрозу его жизни и здоровью или здоровью других лиц, решение о проведении психиатрической экспертизы без согласия самого лица или его законного представителя принимает прокурор, ведущий производство по делу об административном правонарушении, или уполномоченное должностное лицо органа (организации), определенного соответствующим исполнительным органом».

Правда, госпитализация административного правонарушителя оставляет открытыми некоторые вопросы процессуального характера. Поэтому, чтобы не противоречить Закону «О психиатрической помощи» и не создавать проблемы бюрократического характера, КАП и Административно-Процессуальный Кодексы тоже должны быть доработаны.

Если посмотреть на данное изменение в закон с точки зрения нарушения прав человека, то могу сразу отметить, что наоборот, оно поможет защитить конституционное право человека на охрану здоровья. При этом соответствующая статья 41 Конституции АР предусматривает и ответственность «должностных лиц, скрывающих факты и случаи, которые создают угрозу для жизни и здоровья людей».

Психиатрические проблемы относятся в нашем обществе к табуированным, и родственники таких граждан всеми силами стараются избежать их госпитализации, хотя это может привести к тяжелым последствиям. Это объясняет, почему у нас часто по улицам без медицинской помощи бродят и даже ездят на автомашинах люди, опасные для себя и других. И именно по этой причине Закон «О психиатрической помощи», провозглашая в статье 5 «добровольность» этой помощи, предусматривает в определенных случаях возможность и «недобровольной» помощи (ст.11).

Это отражает принцип баланса интересов личности и общества, который отражен в международных конвенциях, ратифицированных Азербайджаном: каждый имеет то или иное право, но оно может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые «предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе», например, в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц и т. п. Точно так же и «демократическое общество» не должно без нужды ограничивать права личности.

В данном же случае, речь идет о защите жизни и здоровья граждан, то есть основных их прав. И компромисс может дорого нам обойтись.»- отметил Эльдар З.

Для справки: 

Гусейнова Эсмира

адвокат, член Коллегии адвокатов АР, член Дисциплинарной комиссии. Награждена медалью “Терегги” за заслуги в развитии адвокатуры в АР

Эльдар Зейналов

глава Правозащитного Центра “Азербайджан” Эльдар Зейналов, правозащитник.

Джамиля Чеботарева.